Почему учитывать мнение жителей иногда вредно

30 октября 2018 г.
Одна из недавних статей про общественные обсуждения вызвала резонанс. Рубен Андерсон, консультант по устойчивым системам, отреагировал на неё. Далее — перевод его прямой речи.

На мой взгляд, большая часть общественных слушаний хуже, чем бесполезна, поскольку разрушает те отношения, которые должны быть, чтобы построить сильный город. А общественные обсуждения, так, как они проводятся сейчас, делают города только хуже.

Значит ли это, что от них нужно отказаться? От большинства, конечно, нет. Но нужно понимать отношение, связи и экспертные оценки гораздо лучше, если мы хотим принести пользу, а не вред. Общественные слушания должны быть проведены идеально, иначе лучше вообще ничего не делать, чтобы не подрывать доверие к мэрии и друг к другу.

Как-то раз, когда я работал в Отделе устойчивого развития мэрии Ванкувера, меня назначили на крупную градостроительную задачу. Слушания были необходимы и критичны — и мы поработали на публику: подготовили флип-чарты и стикеры, которыми можно было голосовать.

Вопрос был такой: «Как сделать Ванкувер устойчивее?» И нам ответили: хотим солнечные панели! ветряки! сажать деревья! запретить пластиковые пакеты! кататься на велосипедах!

Да ладно. Солнечные панели? Я работаю в Отделе устойчивого развития и никогда не думал о солнечных панелях. Как я это упустил? Солнечные панели! Велосипеды? Круто. Просто круто. Спасибо, что просветили меня, дурака!

На самом деле, я просто хочу описать, насколько оскорбительным был весь этот процесс для всех причастных.

Мы задали вопрос, который экспертам, посвятившим всю жизнь снижению влияния на окружающую среду, не мог принести ничего, кроме неуважения. Конечно, мы знали о солнечных панелях.

Также мы задали вопрос, на который большинство обывателей не могут ответить, потому что они не эксперты. Есть причины, по которым солнечные панели не устанавливаются быстрее — почти всегда сначала лучше утеплить дом и уплотнить оконные рамы от сквозняков, снизив энергопотребление перед установкой солнечных панелей.

Когда выпускаются отчёт и рекомендации, люди не видят там ничего, чего они хотели: просили солнечные панели, а получили утепление рам. И уже им кажется, что их не уважают. Они потратили время, несколько бесценных часов жизни, а на выходе получилось то, что получилось. Они отказались от чего-то, чтобы прийти на слушания, но из этого ничего хорошего не получилось, потому что им не задали вопросов, на которые можно было бы получить осмысленный ответ. Так доверительные отношения, на которых основана совместная работа, не выстраиваются. Подрывается доверие.

Ещё одна история: сейчас я живу в Виктории, штат Британская Колумбия, и тут недавно после длительных консультаций решили организовать велодорожки «для людей всех возрастов и возможностей». На паре слушаний перед людьми положили большие карты, чтобы они могли нарисовать, где, на их взгляд, должны быть велодорожки.

Если люди рисуют вам план велодорожек, задумайтесь, почему. Какие знания есть у них, но нет у ваших велопланировщиков? (Источник фото — Дептранс Нью-Йорка)

Говоря прямо, если у планировщика велодорожек нет понимания, какие маршруты сбалансируют географию, доступность, стоимость, безопасность, отношение людей и т.д., то он некомпетентен и должен быть уволен.

Если он компетентен, то наверняка знает лучшие мировые практики в области велоинфраструктуры за последние пару десятков лет. Он, скорее всего, знает, в каких местах нужнее всего велодорожки. Наверно, он видел сотни примеров интегрирования велосипеда в города. Город платит за то, чтобы он это знал, да и сам велоэксперт наверняка что-то исследовал, если он транспортный гик.

И вот приходят люди и чертят велодорожки. Они не знают, сколько будет стоить каждый вариант. Они не знают про ширину полос, и какую ширину нужно отводить транспорту, велосипедам и пешеходам. Они ничего не знают о других важных вещах вроде планируемых изменений тротуаров и коммуникаций.

Мы спрашиваем людей, которые не имеют требуемого образования, опыта или знаний для принятия правильных решений, в то время как представители власти сидят в сторонке и вежливо наблюдают за нелепостью момента. Можете представить, как представители властей себя чувствуют, когда вместо вечернего отдыха с семьёй им приходится быть вежливыми с людьми, которым не известен практически ни один ограничивающий фактор?

Таким образом, вклад общества игнорируется, и в этом случае это правильно. Но люди чувствуют, что их оскорбили, недооценили и вообще не уважают — это логичный итог всей ситуации.

Картинки по запросу public discussion

Чего мы добиваемся?

На самом деле. Чего мы добиваемся, когда организуем публичные слушания?

Почему все эти люди собираются? Чего мы хотим достичь? Прежде чем собрать людей, нужно понимать, что мы пытаемся сделать. Только затем, если окажется, что слушания — правильное решение, можно их организовать.

Мы хотим получить идеи?

Недостаток идей практически никогда не является проблемой. Проблемами обычно становятся недостаток социального взаимодействия и денег — а недостаток денег зачастую также означает недостаток взаимодействия, поскольку не так много людей настолько интересуются проектом, чтобы доплачивать за это.

Даже если бы нам нужны были идеи, их бы придумали не на консультациях. У меня степень в промышленном дизайне, я посещал занятия по генерации идей. Работая дизайнером, мне постоянно приходилось придумывать новые идеи. Могу с уверенностью заявить: нельзя придумать способ выработки идей хуже, чем собрать несколько незнакомцев с противоборствующими идеями в одной комнате на три часа.

Мы хотим получить социальное одобрение?

Возможно. Один из импульсивных ответов, с которым знаком каждый планировщик — «Не было консультаций». Поэтому сооружение стола с печеньками и проведение голосования как-то это нейтрализует. Может, ничего консультационного и не проводится, но ведь надпись в коридоре «Публичные слушания — в актовом зале» была, значит, и консультации были.

Собрать вместе много людей с разными целями ради одного проекта — большая задача. Настоящая программа для получения социального одобрения отняла бы гораздо больше времени и сил, чем обычные публичные слушания. Планировщики знают, как проводить ценностно-ориентированные дискуссии, но я не помню, чтобы они когда-то использовали этот навык.

Хотите социального одобрения? Организуйте уличный отдых, пожарьте шашлык, в конце концов.

Мы хотим признать мнение людей?

Я начинаю думать, что вовлечение людей — это попытка отреагировать на истошный крик людей: «Не забывайте про нас!» Думаю, люди не всегда хотят чего-то получить — им просто надо, чтобы про них не забыли. Но, как я описал выше, результаты подобных процессов выглядят именно так, что о людях «забывают».

Интересно, как бы выглядел процесс, если бы дизайнеры метр за метром прорабатывали план, балансируя между компромиссами, затратами, их выбором и комментариями участников слушаний. «Двое местных жителей беспокоятся, что мы расширяем среду обитания певчих птиц. Мы сделали это, выбрав отличное от типичных деревьев и лужаек озеленение. С западной стороны — сад местных растений, специально сделанный диким, чтобы туда редко заходили люди».

Мы хотим, чтобы люди выпустили пар?

Проблемы иногда вызывают жаркие споры, и дать людям спустить пар и почувствовать, что их слышат — разумная цель. Но вот только публичные слушания обычно приводят к обратному эффекту. Они увеличивают напряжение. Так как же снять его эффективно? Может, в вышибалы поиграть? В прямом смысле: когда можно в людей, с которыми мы не согласны, запустить мячом.

Понимаю, что вышибалы никак не помогут решению градостроительных проблем — но и нынешняя модель публичных слушаний этого не делает, только увеличивая напряжённость между противниками. Так что, серьёзно, игра в вышибалы приведёт к лучшим результатам, чем все эти стикеры и голосования.

Грустно.

Похожее изображениеФото Вадим Кантор, http://activatica.org

Неуместные знания

Очевидно, что люди недовольны общественными слушаниями, и им не кажется, что к ним прислушиваются. В комментариях на фейсбуке можно встретить: «Да ваши эти слушания только и проводятся, чтобы создать видимость диалога, когда лидеры уже решили, что будет сделано».

А почему они делают что хотят? Конечно, иногда в собственных интересах и ради выгоды. Но, возможно, им кажется, что они знают лучше и пытаются сделать мир лучше. Такое мнение небезосновательно: у них за плечами могут быть годы образования и работы по профилю, а также особые знания по каким-то особенностям исследуемой проблемы.

Сейчас опыт не в почёте, отчасти из-за того, что общество не совсем понимает, кто в чём эксперт, и мы отдаём слишком много власти одним и недостаточно другим.

Но как вы создадите опрос по тому, как переложить асфальт? Неважно, что люди думают по поводу щебня для основания — важно, как по нему будут ездить автомобили. Инженеры должны быть экспертами по прочности материалов и методам строительства. Они не эксперты в человеческом поведении или мнении. Они не должны делать политические или градостроительные решения.

Роль инженеров, которые сейчас во многих городах имеют сильные группы влияния, должна быть технической и относительно безвластной. Они должны исполнять решения, сделанные другими, и для этой цели их знания материалов и технологий строительства бесценны. Они эксперты в этой области.

К сожалению, мы не воспринимаем жителей как экспертов. Это критическая ошибка. Конечно, они не эксперты в снижении выбросов, асфальтировании улиц или выборе маршрутов велодорожек. Они не должны подбирать балки для мостов. Но горожане знают, как окружающая среда влияет на них и как они хотели бы себя чувствовать.

Они знают, как повышение налогов выведет их из себя. Они знают секреты улиц в их районах. Они знают, какие удобства нужны им и их семьям. Они единственные, кто это знает. Этот опыт надо уважать.

Нужно спрашивать мнение местных жителей только когда они единственные, кто знает лучший ответ на вопрос. И в эти моменты к ним нужно относиться, как к экспертам.

В статье «Откровения исправляющегося инженера» Чак Мэрон описывает, как решение относительно количества жертв ДТП делегируется инженерам, которые ставят скорость выше жизни. Это неправильно. Инженеры не квалифицированы делать такой выбор. Только горожане могут решать, сколько похорон им хотелось бы посещать каждый год, и сколько они могут и готовы за это платить — и, внезапно, для них безопасность важнее скорости.

Картинки по запросу радченко переходы

Опыт проектирования

Как я упоминал ранее, у меня есть степень в дизайне и я работал разработчиком продуктов — и я понимаю, как важен дизайн. Дизайнеры привносят другие знания, которых обычно нет у жителей и инженеров.

Старая шутка про айфон: если спросить людей, что им нужно в телефоне, они ответят: «Провод подлиннее». Это результат бессмысленных опросов.

Чтобы избежать этого, нужно «последовательно продолжать строить успешный город. Это простой процесс из четырёх шагов»:
  1. Скромно наблюдайте, где есть проблемы.
  2. Задайте вопрос: что самое маленькое мы можем сделать, чтобы решить эту проблему?
  3. Сделайте это. Немедленно.
  4. Повторите.

Давайте подробнее остановимся на этих пунктах.

1. Скромно наблюдайте, где есть проблемы.

Практически каждое слово здесь важно, поэтому разобьём фразу.

Скромно — только жители являются экспертами по жизни в городе. Чтобы получить хороший результат, дизайнерам надо быть скромными, услужливыми городу и людям.

Наблюдайте — спрашивать людей, чего они хотят, зачастую весьма неэффективно. Большинство людей не может себе представить вещей, кажущихся невозможными, вроде стильного суперкомпьютера у вас в кармане.

Люди плохо замечают, что движет нашим поведением. Мы часто делаем какой-то поступок, а потом ищем объяснение, почему он был таким. Обычно мы просто выбираем что-то разумное, даже если это вообще к делу не относится. Это называется «ретроспективная рационализация».

Например, если вы спросите человека, почему он пришёл в определённое кафе, может последовать ответ, мол, парковочных мест много. Поэтому, если убрать парковку, а люди продолжат приходить, можно будет говорить: парковка — это ретроспективная рационализация. На самом деле им нравится, как во двор падает свет, или обслуживание, или запах, который напоминает о бабушкиной кухне.

Изменить организацию парковки — это дизайнерское решение. Ничего не происходит? Верните как было и попробуйте что-то ещё. Не только проекты нужно вводить последовательно — стадии проекта тоже от этого выиграют.

Поэтому хорошие дизайнеры должны задать много осторожных вопросов, но наблюдение критически важно. Можно спросить людей, по какому маршруту они ходят, но реальные данные можно получить только по следам на вытоптанной траве.

Где есть проблемы — конечно, есть условные Маск и Цукерберг, которые решают свои проблемы. Их не волнуют тротуары и магазины у дома, у них есть беспилотные машины и доставка товаров дронами!


2. Задайте вопрос: что самое маленькое мы можем сделать, чтобы решить эту проблему?

Принцип сильного города — много маленьких ставок менее рискованны, чем одна игра по-крупному. Также это выгодней стратегически: гораздо легче получить разрешение на что-то небольшое.

С точки зрения дизайна гораздо проще произвести ложку, чем миксер из сотни деталей — но обоими приборами можно месить тесто.

3. Сделайте это. Немедленно.

На самом деле, тут стоит вставить ещё один шаг. С точки зрения дизайна, было бы неплохо сперва собрать данные, чтобы проверить теорию изменений. Это, например, такие предположения:

  • если расчертить здесь велодорожку, больше людей будет ездить на велосипедах.
  • если сузить улицу, машины будут ехать медленнее.
  • если расширить шоссе, будет меньше пробок.

Поэтому, планируя изменения, мы используем эту теорию, в открытую или нет, и важно собрать данные, чтобы её проверить.

Сбор данных может быть непростым. Например, вы расчертили велодорожку и видите, что стало больше велосипедистов. Это новые или старые, которые едут по новому маршруту? Если цель — увеличить количество велосипедистов, то это важно.

Итак, надо собирать данные, которые действительно нужны для нашей теории изменений. Насколько мне известно, количество кликов на сайте — бесполезные данные. Нам нужно подсчитать изменения в реальном мире.

3. А вот теперь делайте.

Сначала делайте, потом наблюдайте. Что происходит в мире? Что делают люди — не говорят, а делают? Они медленней едут, больше садятся на велосипеды, ходят в магазины у дома, сажают деревья? Что?

Этот урок из школы дизайна — мой любимый. Только то, что делают люди, на самом деле важно. Мой препод говорил: «Пользователи решат, насколько хорош твой дизайн».

Представьте, что вы задизайнили прекрасную скамейку, но никто на ней не сидит. Только скейтбордеры прыгают.

Значит, это не скамейка, а какая-то штука для скейтбордеров. Неважно, что вы придумываете, важно, как это используют.

Надеюсь, вам это поможет. Если у вас проблемы с дверной ручкой, тостером, аудиосистемой или дворниками на автомобиле, это не ваша ошибка, это провал дизайнера. Можете погрузиться в сборник таких ошибок в этом твиттере: #PlacesIDontWantToSit.

Соберите данные и сравните с теорией. Сработало, или ваша теория — отстой? Если второе, то хорошо, что это было что-то небольшое.


4. Повторите.

Собирайте данные и наблюдайте за результатами, потому что скучно каждый раз одну и ту же ошибку повторять. Смотрите, что срабатывает, и повторяйте это.

Заметили, что в этом списке нет слушаний? Возможно, это ещё не продумано. Считаю, что эксперты в дизайне должны скромно наблюдать, в чём проблемы общества — но с чего надо начать наблюдать?

И вот тут надо спросить экспертов. Слушания могут выявить «горячие точки», на которых можно понять, что приоритетней. Если вы хотите знать, каково это — жить в городе, где проблемные области, а что люди больше всего любят и почитают, то единственный вариант — спросить собственно у людей. Сделайте такие слушания, чтобы собрать их мнения, а потом действуйте, исходя из полученных ответов.

Слушания — небольшая часть процесса, но она может быть полезной и важной. Нужно быть в курсе разного вида опыта и знать, у кого он есть. Каждый эксперт специализируется на узкой области, и не нужно просить делать работу за других.

Иначе мы проявляем неуважение ко всем причастным и разрушаем доброжелательность и доверие ко всем сторонам.


Оригинал тут. Переводил для вас Михаил Чижов. Поддержать редакцию:



Еще статьи на эту тему

Поделиться
Отправить
Отправить
Отправить