Как пандемии влияют на города

16 марта 2020 г.

Болезни меняют города. Некоторые запоминающиеся события в градостроительстве и управлении городами были реакцией на вспышки заболеваний — как создание Столичного совета работ в Лондоне в середине XIX века. Теперь COVID-19 встаёт в один ряд с испанским гриппом и Эболой, и наверняка оставит свой след в истории городских пространств.

woman, wearing, mouth mask, Mask, Protection, Sars, Mouth Guard, sure, security, virus protection, respiratory protection, china, taiwan, h5n1, bird flu, women, men, caucasian Ethnicity, adult, outdoors, human Age, people, color Image, image Technique, image Type, time Of Day, senior Adult, females, adults Only, built Structure, day, two people, headshot, senior men, portrait, focus on foreground, front view, illness, looking at camera, healthcare and medicine, males, medical condition, surgical mask, emotion, casual clothing, hairstyle, 4K, CC0, public domain, royalty free

Портал CityLab обратился с вопросами о нынешней пандемии и её возможном влиянии на города к профессору мировой городской политики Мельбурнского университета, директору Лаборатории соединённых городов Мишелю Акуто, который ранее работал в том числе над вопросами влияния городов на здоровье. Далее — перевод самого главного из его интервью:

Ситуация с новым коронавирусом широко освещается: это первый случай, когда общественные пространства и доступность перемещения товаров и людей по миру переросла в пандемию. Но в историях городов и раньше были такие заразные болезни.

Если поговорить с каким угодно медиком, он скажет, что это не в новинку. Можно проводить параллели между COVID-19 и другими эпи- и пандемиями, от чумы до атипичной пневмонии и Эболы. Но важно не проводить слишком много параллелей и не делать бездоказательных выводов. Новый коронавирус — не такой смертельный, как Эбола (её показатель смертности — 60%), атипичная пневмония или ближневосточный респираторный синдром (30%).

Но более низкий показатель смертности и более высокий уровень передачи вируса делают его глобальной проблемой. Карантин работает настолько, насколько вы можете определить опасные случаи, а в случае COVID-19 симптомы проявляются не сразу и их легко не заметить. В этом плане новый вирус напоминает эпидемию испанского гриппа 1918 года, когда заразились 500 миллионов человек, а погибли 50 миллионов. Вопрос в том, готовы ли мы этого избежать.

Оглядываясь назад, не упустили ли мы чего-то, думая о взаимосвязи урбанизации и инфекционных заболеваний? Может, мы где-то пошли не туда?

В какой-то мере да. Возможно, мы слишком тяготеем к глобальным городам. COVID-19 — это история о взаимодействии городов, пригородов и сельской местности в тех местах, которые трудно найти на карте. В Германию вирус прибыл вместе с человеком из пригорода Уханя в небольшой город в Баварии. То есть, конечно, многое происходит в крупных аэропортах, но это гораздо более сложная городская система.

kermit, frog, plush, toy, wearing, face mask, mouth guard, protection, dust, hat, summer, outdoors, nature, one person, human body part, holding, field, sky, focus on foreground, plant, day, human hand, land, adult, landscape, environment, rural scene, grass, child, leisure activity, body part, hand, human limb, 5K, CC0, public domain, royalty free

Сильное утверждение. Легко увидеть связи между крупными городами, но вы говорите совершенно о другом: о небольших городах и сельской местности.

Да, проблема лежит гораздо шире. В штате Вашингтон первый случай заболевания COVID-19 произошёл в округе Снохомиш (к северу от Сиэтла), в Италии хуже всего дело обстоит в небольших городах.

Часть истории урбанизации — поиск и строительство способов избавиться от инфекций, как, скажем, холеры в середине XIX века. В Лондоне тогда не было проверенных способов и готовых решений, они экспериментировали и учились в процессе. Как вы представляете проектировочный подход к управлению вспышками чего угодно в крупных и не очень городах?

Пока рано делать какие-то выводы из COVID-19, но совершенно точно будут споры насчёт стоимости земли и уплотнения городов. Новый вирус бросает вызов тому, как мы справляемся с урбанизацией. В Гонконге плотность населения — 6732 человека на квадратный километр. В мире пандемий ключевым для выживания в долгосрочной перспективе станет именно пересмотр подходов к плотности городов.

Отчасти это означает децентрализацию жизненно важных сервисов. Во время вспышки атипичной пневмонии Сингапуру пришлось закрыть основные больницы. Во многих странах, вроде Италии, рассматривают возможность тестирования на поквартирном обходе. Но нужно продумать и другие способы тестировать и держать под контролем людей во время пандемии — возможно, цифровые. Как провести поквартирный обход в Мельбурне, где живут 5 миллионов жителей, и в гигантских городах вроде Шанхая и Лондона (и Москвы — прим. пер.)? Возникают вопросы относительно того, о чём нам говорят как о «желаемой» урбанизации и что имеет смысл с точки зрения инфекционных заболеваний.

Картинки по запросу "covid-19 digital"

Теперь трудный вопрос. Даже Ле Корбюзье, высоко ценивший эффективность и передвижение, понимал важность взаимодействия людей. Это то, что даёт городам энергию, а космополитичности — возможность существовать. На ваш взгляд, децентрализованный город — посёлки Лондона, 15-минутный Париж Анн Идальго — станет частью нашего ответа коронавирусу?

Вот как можно на это взглянуть. Атипичная пневмония заставила некоторых людей задуматься о городах и их связанности как о фундаментальном факторе. Дальше была Эбола — и она заставила людей задуматься о сосуществовании городов Северного и Южного полушарий и о жестокости городов в целом: невозможности просто их отгородить от мира. Город — это не вещь, это аморфный пузырь.

И вот теперь мы ещё дальше, вне сложившейся системы мышления «Север-Юг». Это одна огромная система, в которой связаны, к примеру, итальянский 16-тысячный городок Кодоньо (где произошёл первый случай передачи коронавируса внутри Италии) и окраины Уханя, китайского 10-миллионника. Надеюсь, это заставит нас задуматься о некоторых основополагающих принципах.

Нужно начать с нового представления городских данных, на которые мы опираемся. Вероятно, лучшее, к чему могут сейчас обратиться профессионалы — агрегатор информации о коронавирусе Университета Джонса Хопкинса. Он собирает данные из многих источников: ВОЗ, национальных служб здравоохранения и так далее. «Официальные» цифры, представляемые правительствами, бывает, отстают, поэтому лучше всего собирать информацию из разных источников.

И тут в игру вступает текущая цифровая революция — и вызовы доказательной базы, имеющей несколько степеней легитимности. Начнись вспышка коронавируса не в Китае, а где-нибудь в Индии, где огромное множество несанкционированных поселений, и вот уже лучшим источником сведений стало бы что-то вроде НКО «Международные обитатели трущоб», которая использует в качестве источников местные карты и сообщества. Нужно понимать легитимность разных типов знаний о городах и необходимость заново осмыслить, кто является источником этих знаний.

Картинки по запросу "freeway"

От информации — к изменениям уже сложившихся городов. Мы знаем, как водопровод и утилизация отходов помогли изменить города. Вы можете предположить, в какой сфере произойдут радикальные изменения на этот раз?

Нужно помнить, что эти изменения будут происходить в контексте изменений климата и нацеленности на экологическую устойчивость. Если вы вместо уплотнения города расширяете его, это обязательно должно происходить вместе со значительным развитием общественного транспорта. Что должно измениться — к примеру, децентрализация сферы услуг, улучшение цепи поставок, сети небольших предприятий по доставке еды — отличается от того, что реально изменится. Сместит ли рынок сместит всё, что мы делаем, в пользу экономической выгоде, хоть это, очевидно, приведёт к избытку государственного здравоохранения и общественного транспорта?

Я почти не слышал разговоров ещё об одной вещи, которой не было во времена тех пандемий, о которых мы говорили — цифровой реакции. Во время Эболы она существовала, но не в таких масштабах. В Китае уже работают сервисы, где отмечено, кто болеет в вашем районе, и люди каждый день принимают решения, основываясь на этой цифровой инфраструктуре. Условно, ты живёшь в часе езды от очага заболевания в Италии, и твои друзья и семья могут принимать те или иные решения, в зависимости от доступной в Интернете информации.

Современное градостроительство произрастает из развития канализации в XIX веке как реакции на распространение малярии и холеры. Цифровая инфраструктура может стать санитарными мерами нашего времени.


Оригинал


Сбор регулярных пожертвований на нашу деятельность
Собрано 560 597₽ из 700 000

Еще статьи на эту тему